«Мы катимся в Иран»: российский политолог рассказал об экономических последствиях войны в Украине

«Группы, которые создаются, они еще и межведомственные. То есть, мало того, что они следственно-оперативного немедленного реагирования, они еще и межведомственные, а значит, будут включать сразу несколько силовых структур для ускорения процесса задержания. Такие группы — это новшество в России. Скорее всего, эти структуры будут находить людей, которые будут попадать под новое определение госизмены, под распространение неправдивой с точки зрения СК информации о том, как складываются боевые действия в Украине. И они будут пытаться найти организаторов несанкционированных митингов. 2-3 дня до начала их действий у нас есть. Сейчас это заявление прозвучало для демонстрации силовыми структурами своего успеха в борьбе с каким-то внутренним врагом», — сказал Михаил Комин.

Также он отметил, что такое действие правоохранительных органов сильно отличается от тех, что были, например, во время Первой и Второй Чеченской войны. «Тогда другая страна была и силовые структуры находились в более слабом состоянии, они не занимали доминирующую позицию в российской властной структуре. Сейчас большинство силовых органов — супер-важная часть того, на чем держится режим. Им больше дозволено», — добавил политолог.

Говоря о переговорах, эксперт отметил, что они нужны, прежде всего, российской стороне для того, чтобы транслировать картинку в телевизор о том, что «мы стремимся к миру». «Я не вижу оснований для того, чтобы завершить переговоры с успехом, потому что очевидно, что после первого раунда переговоров Путин заявил Макрону, что он по-прежнему настаивает на денацификации, демилитаризации, нейтральном статусе Украины, признании Крыма — непонятно, на основании чего украинское руководство должно согласиться на эти условия. Фактически это поражение в войне, которого не происходит в процессе боевых действий. Единственное, о чем они могут договариваться, это, наверное, о гуманитарных коридорах, если российская армия будет продолжать брать в кольцо Харьков и Киев», — сказал политолог.

По словам спикера, в настоящий момент Россия все сильнее становится отрезанной от мира, от технологий. «Мы катимся в Иран», — добавляет он. Однако тот фактор, что Сбербанк, например, ушел с европейского рынка — незначителен. По поводу того, что россияне лишаются того, к чему привыкли — айфонов, иномарок — политолог сказал, что большая часть населения проживает в некрупных городах и их уровень жизни и ранее не позволял ездить на иномарках и покупать айфоны.

«Для них это не будет большим ударом. Более серьезным ударом для них будет вопрос инфляции и вопрос начавших приходить в регионы гробов с убитыми военнослужащими. У людей начнутся еще большие экономические проблемы. Плюс ощущение, что их братьев, мужей, сыновей могут мобилизовать и они также, как их знакомые, будут убиты. Это будет создавать рост социальной напряженности. В протестных акциях будут участвовать не только в крупных городах, а и люди, которые ранее в протестных акциях не участвовали. Режим столкнется с кризисом, с которым еще не сталкивался никогда. Протестные настроения приводят к расколу элит, правящую группу заменяет какая-то другая. Вопрос в том, как Кремль будет выходить из этого политического кризиса», — заключил Михаил Комин.