Четверг, 28 января
  • Погода
  • -1
  • EUR3,1137
  • USD2,5565
  • RUB (100)3,4123

«Сегодня власть Беларуси ведет себя как типичная колониальная администрация»

2544

Формально Беларусь уже почти тридцать лет независимое государство. Фактически же наша независимость не является абсолютной, если суверенитет Беларуси рассматривать с точки зрения интересов нашего ближайшего соседа и основного союзника — России, пишут Naviny.by.

«Сегодня власть Беларуси ведет себя как типичная колониальная администрация»

Для московских властей Беларусь была и остается зоной интересов и ответственности, необходимым геополитическим буфером между центрами силы. Вполне можно даже охарактеризовать отношения двух государств как отношения метрополии и колонии.

Почему сложилась такая картина и может ли Беларусь стать нейтральным государством фактически, а не номинально?

Об этом специально для Naviny.by Дмитрий Щигельский беседует с Александром Перепечко — доктором философии (Вашингтонский университет, Сиэтл, США), авторитетным экспертом в области геополитики и геостратегии.

«Путин опять пытается расширить империю»

— Александр, с чего начинается деколонизация?

— С колонизации!

— Тогда с чего начинается колонизация?

— XV и XVI века были временем Великих Географических Открытий. В Европе массовое развитие получили морской транспорт и навигация. Испанцы, португальцы, а чуть позднее голландцы, британцы, французы, немцы построили большие корабли и отправились в Америку, Африку и Азию. Население во вновь открытых землях было для европейцев чужим в расовом, этническом и культурном отношениях и поэтому с ними особо не церемонились. Грабили, убивали, «несли цивилизацию»… Создавались морские империи. В каждой из них экономически развитая метрополия (или «ядро») находилась в Европе, а ресурсная периферия — в Америке, Африке, Азии, Австралии и Океании…

— То есть, колонии морских империй, типа Индии — с Ганди и ненасильственными протестами против колонизаторов — это не про нас?

— Похоже, что не про нас…

— А как насчет сухопутных империй?

— Сухопутные — это континентальные империи. Австро-Венгерская, или империя Габсбургов, формировалась с середины XVII до конца XIX века. Ее двойным ядром были Австрия и Венгрия. А бассейн Дуная, речные флотилии и естественные границы и барьеры (средневысокие горы на севере и востоке, высокие — на западе и юго-западе, средне-нижнее течение Дуная и его приток Савы — на юге) были факторами формирования и расширения этой теперь уже исторической империи…

Москва (Россия, СССР, РФ) создавала свою империю где-то с начала XVI до конца XIX века. Степь и лесостепь, реки, когда они не скованы льдом, конный, а позднее железнодорожный транспорт были важными факторами формирования этой империи. Она то расширялась, то сокращалась. Сегодня Путин опять пытается расширить эту подразвалившуюся в начале 1990-х годов империю…

И у Габсбургов, и у Москвы были сходные геополитические идеологии. Во-первых, новые земли необходимы для защиты от врагов. Во-вторых, это ирредентизм: объединение «немецкого мира» в его австро-венгерском варианте под эгидой Габсбургов и «русскомирский императив» у Москвы…

Китай — ещё одна континентальная империя…

— Не будем сегодня трогать Китай. История с немецким миром повторилась в 1930-е годы, не так ли?

— Да, но это уже была попытка объединить всех немцев на прусский манер под руководством бесноватого ефрейтора и национал-социалистов. Сначала произошел аншлюс Австрии, а потом настал черед судетских немцев Чехословакии…

— Хорошо, а какое отношение все это имеет к Беларуси?

— Самое прямое! Так же, как для Москвы периферийны Беларусь и Украина, для Вены периферийными были Бавария, Саксония и, в общем-то, Силезия, Богемия и Моравия. Есть такая этническая шутка: «Чехи — это те же немцы, но чехам постоянно нужны витамины!» Наверняка, Габсбурги говорила о Баварии 250 лет тому назад то же самое, что Путин сегодня говорит о Беларуси: «Там живут родные нам люди!» Австрийцы понимали и хорошо знали баварцев, как русские — белорусов и украинцев. А земли, где живут «родные люди», колониями называть как-то неудобно.

— Беларусь — колония России?

— Здесь как в песне из одного старого фильма: «— Я не сказала „да“, милорд. — Вы не сказали „нет“». Вроде бы вся атрибутика налицо: флаг, герб, гимн. Но в каждом из них отражается неосоветская колониальная зависимость Беларуси от России. Белорусский язык — один из двух государственных языков, но он фактически преследуется властями. Легитимность власти во внутренней и внешней политике — более чем спорная. Власть ведет себя как типичная колониальная администрация.

В военной и экономической сфере — полная зависимость от решений Москвы. Без российской нефти и дотаций не проживем и дня. Без российского ядерного зонтика, как уверяет Москва, тоже…

В 1991 году Москва сказала белорусам: «Будете независимыми!» Но уже с 1996 года та же Москва начала заталкивать белорусов обратно во всевозможные союзы и договоры. Объявится после Путина очередной деятель, поставит в Беларуси своего «Бульбашенко» и укажет белорусам новый, еще более светлый путь куда-то… Большие и сильные опять будут решать, что с нами будет, как нам жить и за кого умирать.

Так и бежит белорус веками одновременно в противоположные стороны. Какая там независимость…

«Россия не хочет терять Беларусь и Украину»

— Как начинается деколонизация? Какие силы ее осуществляют?

— Во главе национально-освободительных движений почти всегда становятся образованные слои населения — местные элиты. Работники местной администрации, полиции и армии. Чиновники, полицейские, офицеры. Бизнесмены, журналисты, учителя, врачи, адвокаты. Одним словом, средний класс, хотя эти слои населения в прошлом так не называли.

Сегодня в Беларуси против неосоветского, пророссийского колониального режима бьются новые средние слои населения — новый городской средний класс. В стране за последние годы сформировался нишевой технологичный бизнес, появились новые отрасли. Более одного миллиона человек выходят на политическую арену…

Что касается морских колониальных империй, то с конца Второй мировой войны США начали энергично подталкивать к деколонизации Британскую и Французскую империи. После войны СССР и КНР активно включились в этот процесс. Готовили повстанцев, посылали советников, инструкторов и оружие, оказывали экономическое содействие, обеспечивали дипломатическую поддержку на международной арене… В Африке, Азии, Латинской Америке…

После Второй мировой войны мир был биполярным. Тогда две сверхдержавы — США и СССР — часто договаривались, в каком направлении будут разрешаться связанные с деколонизации конфликты в тех или иных частях мира…

Надо отметить, что в случае морских империй не часто случалось, что какую-то заморскую колонию одна морская империя постоянно делит-переделивает с другой океанической империей, или что какая-то колония то и дело переходит от одной империи к другой.

Что еще важнее, потеря одной или нескольких заморских территорий обычно не представляла прямой военно-стратегической угрозы для метрополии и всей морской империи. Потеряла Германская империя после Первой мировой войны все свои заморские колонии. Ну, и что? Через 20 лет в центре Европы возродился мощнейший в военном и экономическом отношениях Третий рейх!

— А континентальная империя Россия терять Украину и Беларусь совсем не хочет. Потому что родные люди?

— У континентальной империи потеря периферийных территорий происходит из-за проигрыша в большой войне или из-за другого катаклизма. В результате геостратегическая ситуации для метрополии резко ухудшается. Империя может потерять статус великой державы или даже развалиться. Как Австро-Венгрия не хотела терять Баварию, Саксонию, Силезию, Богемию, Моравию, так Россия не хочет терять Беларусь и Украину. И не только потому, что там родные.

Для России эти периферии представляют собой развитые экономические регионы и являются буферными зонами. В этих регионах находятся важные военные производства. Они не за морями-океанами. Они по суше географически смежны с метрополиями (ядрами) этих континентальных империй.

Потеряв свою периферию в результате поражения в Первой мировой войне, Австрия и Венгрия стали рядовыми европейскими государствами. Потеряв Украину и Беларусь (и все остальные «союзные республики») в результате поражения в холодной войне, Россия в 1991 году из сверхдержавы превратилась в региональную державу, обладающую ядерным оружием сверхдержавы.

Сегодня Российская Федерация пытается заново построить вокруг себя зону из буферных государств или государств-клиентов, будь то СНГ, какое-то «союзное государство России и Белоруссии», ОДКБ, Евразийский экономический союз или Транснистрия, Абхазия, Южная Осетия, Крым и украинский Восточный Донбасс…

А вот европейские метрополии морских империй, потеряв свои заморские колонии, сумели перестроиться! Они объединенными усилиями создали мощный ЕС. Глобализация позволяет этому союзу сохранять доступ, влияние, а зачастую и контроль над бывшими колониями в Африке, Азии и Латинской Америке…

— Подождите, так ведь ЕС разваливается! Брексит и ставшие хроническими проблемы с Польшей, Венгрией…

— Да, в ЕС много проблем. Но пока непоколебим франко-германский стержень, ЕС способен справляться с ними. А Брексит можно, наверное, рассматривать как перегруппировку коллективного Запада ввиду вызова со стороны таких держав, как КНР, Россия, Иран…

Великобритания «переместилась» из Европы поближе к своим «родным людям» — к англосаксам США, Канады, Австралии и Новой Зеландии. Через Британское Содружество англосаксы «подтягивают» к Западу Индию… Зачем все это? Чтобы сохранить глобальное лидерство! Континентальная Европа, англосаксы, Япония и Индия являются системными друзьями и стратегическими союзниками… Вместе они способны, думаю, на глобальное лидерство.

«Маятник белорусской судьбы»

— Давайте не будем отклоняться от темы. Почему Беларусь осталась самым советским и самым недемократическим государством в Восточной Европе?

— Указывать сегодня на чьи-то ошибки проще всего… А еще мы сегодня любим рассуждать так: «Я же говорил! Я же предупреждал! Я писал!» Назову одну из причин, которая сегодня — как и 30 лет назад — все еще замалчивается.

За два года — 1992–1994 годы — очень сложно было создать новые политические институты, а тем более наполнить их демократическим содержанием. Ни средства массовой информации, ни система образования, ни национальная интеллигенция не смогли сыграть той роли, которую они обычно играют в демократизации. Обычно учителя, журналисты, публицисты, ученые, юристы, да и священнослужители воспринимают демократические ценности как свои собственные и несут их в массы. Этого не было в Беларуси…

Вероятно, в ускоренной белорусизации 1992–1994 годов этнические, религиозные и культурные меньшинства и некоторые диаспоры, роль которых в медиа, образовании и культуре Беларуси исключительно высока, почувствовали угрозу своей онтологической безопасности.

Белоруские националисты в то время не сумели или не захотели договориться с лидерами местных меньшинств и диаспор. А в Беларуси, как и в других странах Восточной Европы, меньшинства и диаспоры были и остаются очень значительными и влиятельными.

Не будем опять возвращаться к истории с судетскими немцами и другим известным в политической истории примерам… И как эта карта может быть разыграна сильными мира сего, политическими авантюристами, а то и попросту проходимцами без роду и племени…

Так и тикает маятник белорусской судьбы. Приходят под знаменем марксизма-ленинизма и пролетарского интернационализма большевики, отбирают частную собственность у белорусов и отправляют самых работящих, хозяйственных и предприимчивых в ГУЛАГ, а националистов ставят к стенке. Потом приходят нацисты, у которых были планы частную собственность в Беларуси постепенно «переприватизировать», и начинают отправлять «неполноценных» белорусов (к ним захватчики отнесли четвертую часть этнических беларусов), национальные меньшинства и диаспоры в концлагеря и газовые камеры. Над этим проектом в поте лица трудилось Министерство оккупированных восточных территорий Альфреда Розенберга… Затем возвращаются большевики…

— Белорусы — европейцы?

— Россияне объявили себя евразийцами. Их дело, конечно. Но продолжают упорно твердить о «братстве» с белорусами и украинцами, у которых уж что-что, а географическое положение в Европе никак не отнять!

— Почему бесконечные попытки России реинтегрировать Беларусь и ряд других постсоветских государств не очень-то успешны?

— Причин много. Назову лишь несколько. Бывшие «республики» удерживались в общем-то силой. Искренними системными друзьями и стратегическими союзниками России они не были. А что может им предложить Россия сегодня? Какой сегодня имидж у Москвы?

Это клептократия, реваншистское пиратское государство, против которого вводится всё больше санкций. Правит им человек, который сочетает в себе характеристики служителя охранки, гангстера и отравителя. Он хочет, чтобы все его боялись. Вот его и боятся. И одновременно презирают и не хотят иметь дела. Даже наш узурпатор боится!

Сфера интересов России и национальные интересы Беларуси

— Как возникают буферные государства?

— До того как возникает буферное государство, обычно существует буферная зона, которую иногда называют фронтитом. В ней границы меняются очень часто. В какой-то момент в такой зоне возникает буферное государство или государство-клиент или несколько государств-клиентов. Клиент всегда находится на экономической подпитке имперского центра. Все это я подробно описал в статье «Куда идём мы с Пятачком?» в Naviny.by.

— Я помню. Там, кажется, речь еще идет о нейтральном государстве. Какая разница между буферным и нейтральным государством?

— Нейтральное государство всегда является буферным, но не все буферные государства являются нейтральными. Сравнительно небольшое буферное государство может быть союзником большой державы и обеспечивать ей стратегическую глубину. Для такой державы это выгоднее, чем напрямую захватить эту буферную территорию и тратить ресурсы на удержания ее в подчинении и на ее оборону. А нейтральное государство в союзы и альянсы вступать не может по определению.

— Зачем России эта стратегическая глубина к западу?

— Большие расстояния открытых пространств к западу дают этой континентальной империи свободу маневра на этом направлении. Т.е., стратегическая глубина и свобода маневра взаимосвязаны. Отсюда упрямое желание Москвы господствовать в Восточной Европе, сочетая прямое управление территориями с управлением посредством создания системы государств-клиентов. Такое сочетание называют сферой интересов. Тем самым, противники — сегодня это НАТО — держатся вне западной периферии России.

— Соответствует ли национальным интересам Беларуси быть таким вот «прислоненным» к России клиентом или буфером?

— Давайте посмотрим на эту проблемы шире. Буферные государства, окружающие Россию с запада, юго-запада и, частично, с юга, являются сравнительно небольшими и слабыми в сравнении с Россией. Они не могут атаковать ее ни по отдельности, ни даже вместе. В то же время, они бессильны предотвратить переброску через свои территории в направлении России войск больших держав или сильных военных союзов.

Поэтому Россия старалась и старается убедить эти небольшие слабые государства в том, что в их же национальных интересах предотвратить потенциальные передвижения через их земли войск других держав, и что именно поэтому они нуждаются в помощи России.

Критически важным является то, что эти «прислоненные» буферы гарантируют России статус великой державы. При этом Россия стремится оформлять de jure отношения с этими буферами на международной арене в формате таких союзнических договоров, которые de facto стоят над этно-национальными, этно-религиозными и культурными приоритетами коренного населения этих территорий.

— А как в НАТО смотрят на статус Беларуси как «прислоненного» к России буферного государства?

— В НАТО, где первые скрипки играют морские державы, предпочли бы иметь в Восточной Европе буферные зоны из нейтральных государств. Обобщенно, точку зрения Великобритании к этому вопросу отражает знаменитая геополитическая модель «хартленда» Хэлфорда Маккиндера в варианте 1919 года, а точку зрения США — не менее известная геополитическая схема «римленда» Николаса Спикмэна 1942 года.

— Как Россия удерживает свой буфер в Восточной Европе?

— Угрозами, деньгами, гарантиями, субсидиями, нефтью и газом, патернализмом. Играет на местных фракционизмах. Строит военные объекты и базы. Впрочем, все державы используют сходные методы в зависимых от них государствах и территориях.

— Тогда почему белорусы предпочитают русский «гегемонизм» европейскому, американскому или китайскому?

— Потому что хорошо изучили и знают, какой он — этот русский «гегемонизм». И на этом основании предпочитают статус-кво. Кстати, это одна из причин того, почему Западу трудно создать «пятую колонну» в Беларуси.

«Беларусь — мечта генералов»

— Может ли Беларусь стать нейтральным государством фактически, а не номинально?

— Необходимыми или минимальными условиями становления независимого государства, не имеющего выхода к морю, являются два следующих. Оно не должно вступать в военные союзы и альянсы, и все соседи должны признать и поддерживать его нейтралитет.

— Помог Бельгии ее нейтралитет, когда началась Первая мировая война?

— Не помог. И еще не известно, поможет ли Будапештский меморандум 1994 года сохранить суверенитет и декларативный нейтралитет Беларуси. Так случается, когда наступает разрыв между державами-гарантами нейтралитета…

Пруссия, Австрия, Великобритания, Франция и Россия были гарантами нейтралитета Бельгии по договору 1831 года. В 1914 году Германия и Австро-Венгрия, с одной стороны, и Англия, Франция и Россия, с другой стороны, оказались в разных окопах.

Сегодня США и Великобритания, с одной стороны, и Россия, с другой стороны, уже не только не партнеры, но даже и не соперники. Почти враги… Еще одно важное обстоятельство… И в случае с Бельгией, и в случае с Беларусью гарантии нейтралитета были выданы дипломатами и политиками. А когда на первое место выходят военно-стратегические интересы, то дипломатию задвигают на вторые роли.

В который раз хочется напомнить известную формулу одного из отцов американской стратегии Эдварда Люттвака: «Стратегия сильнее политики, а политика сильнее торговли».

— К тому же, и у Беларуси, и у Бельгии нет естественных границ, которые помогают в обороне.

— Да, таких естественных рубежей у нас нет. Беларусь и Бельгия — это мечта генералов: катай себе танки туда-сюда!

— Зато в Швейцарии естественные барьеры имеются в изобилии!

— Да, природная и антропогенная среда Швейцарии очень негостеприимна для захватчиков. Высокие горы, перевалы и ущелья рек. Создана сложная система тоннелей… Но главное то, что граждане готовы защищать свою страну с оружием в руках. Мужчины обязаны отслужить в армии (ополчении) и являются отличными воинами. Почти в каждом доме имеется оружие. Страна является крупным производителем и экспортером вооружений очень высокого качества.

— А не устарело ли всё это в наши дни? После захвата Россией украинских Крыма и Донбаса Ангела Меркель назвала стратегию сфер влияния стратегией XIX века. Теперь все пишут и говорят о гибридных войнах, о психологических войнах за сознание людей, о кибервойнах…

— Как многие политики, Меркель рассуждает о стратегии скорее как дипломат, а не как генерал… А в стратегических исследованиях существует точка зрения, что естественные границы и барьеры, буферы, нейтральные государства, «санитарные кордоны» и иже с ними логично рассматривать в контексте современной упреждающей стратегии.

Современные технологии делают ставки даже в самой маленькой войне более высокими, чем они были в XIX века. Почему? Потому, что применение современных обычных средств поражения является более летальным, что снижает порог для обмена ударами с применением тактического ядерного оружие. Прибавим к этому высокоточное оружие в сочетании с малыми ядерными зарядами. Малыми настолько, что начинают стираться различия между обычным и ядерным зарядом!

Все это резко увеличивает эскалационную динамику расползания вспыхнувшего конфликта и возникновения новых конфликтов. Сегодня если конфликт уже начался, то возможности управления им резко снижаются.

Люди — это цель или средство?

— Давайте подводить итоги. Итак, с точки зрения геополитики и стратегии, почему деколонизация Беларуси идет так долго, трудно и мучительно? На какие компоненты российской геополитики и стратегии белорусам следует обратить внимание в первую очередь? Как проявляется континентальность в деколонизации Беларуси?

— Влияние на буферные пространства и/или контроль над ними — это своего рода механизм управления временем. Особенно в предвоенные и военные периоды! Наличие такого физического пространства по ту сторону границы России не просто увеличивает расстояние между Россией и ее противниками, особенно Западом. Эти меньшие государства и территории, особенно Беларусь, важны для Москвы экзистенциально.

В мирное время Беларусь уменьшает необходимость 24/7 приготовлений к обороне. В военное время Беларусь при существующем режиме станет амортизатором в виде физического пространства и армии на пути противника с западного направления к границам России. Пространство, которое обороняется, как правило, ценится выше, чем такие пассивные объекты как океаны, горы и другие естественные границы и рубежи…

Беларусь в качестве «прислоненного» буфера и государства-клиента для России — это средство для сдерживания одного противника, пока руки заняты другим противником. Меньшая Беларусь служат упором, который ограничивает перемещение противника с западного направления. Это дает возможность России быстро переместить и сконцентрировать силы у своей западной границы и вступить в бой с противником тогда, когда это станет необходимым.

В путинской России и лукашенковской Беларуси территория — это прежде всего совокупность неживых материальных объектов: линий, площадей, дворов, узлов, сетей, районов. Эти политические режимы рассматривают территории своих государств прежде всего как некую среду для существования человека… Причем человека в этой среде может и не быть. Люди здесь второстепенны.

В этом нет ничего удивительного, поскольку эти политические режимы живут в основном за счет природных ресурсов. И для путинистов, и для лукашистов главное — это контроль над линиями, площадями, дворами, узлами, сетями, районами. Сторонники Лукашенко сегодня буквально помешаны на контроле над определенными сочетаниями цветов, образов и мелодий, которые ассоциируются с деколонизацией! А люди… Их можно бросать на болезнь и смерть от коронавируса, насильственно переселять, сгонять в лагеря и «центры перевоспитания», обманывать, обкрадывать, расстреливать, разбирать на органы, пытать, насиловать, насмерть забивать дубинками, калечить…

На этом фоне «выдавливание» населения из Беларуси кажется чуть ли не верхом гуманизма: «Умные пусть уезжают!»

А для проклинаемых морских англосаксов и послевоенных немцев пространство — это пустота, заполненная неживыми предметами и живыми организмами. И в центре стоит человек…

Подписывайтесь на наш телеграм-канал
Новости по теме:
Места:
Россия
Поделиться:

Популярное:
Анна Эйсмонт прокомментировала упоминание своего имени в расследовании BYPOL о гибели Романа Бондаренко
30495
Народ обдирают как липку. КГК нашел необоснованные завышения цен в 1,5-2 раза в магазинах Могилева, Бобруйска и Хотимска
16156
BYPOL назвал фамилии тех, кого считает причастными к гибели Романа Бондаренко
11763
Белорусским властям предложили амнистировать 213 политзаключенных
6893
Главного внештатного инфекциониста Минска уволили после публичной критики власти
6675
Руководителей ряда крупных предприятий Беларуси обвиняют в получении взяток
4920
Scroll Up