Где тот супермен, который сможет победить Лукашенко?

  • 09 января 2019, 11:34
  • 428
  • 0



«Сильный человек с незапятнанной репутацией», причем молодой — таким видит единого кандидата от оппозиции нобелевский лауреат Светлана Алексиевич.

Формула хорошая, но возникает куча вопросов. Как такого ангела во плоти (а желательно еще и в волшебных доспехах) отыскать? Захочет ли он ввязываться в рискованное дело — бросать перчатку жестко правящему Беларусью с 1994 года Александру Лукашенко? А если захочет, то как соперника Лукашенко раскрутить, как добиться честного подсчета голосов или отстоять победу в случае фальсификаций?

Почему слаба идея Лебедько

Вступить в политическую дискуссию Алексиевич была вынуждена после того, как Анатолий Лебедько, покинувший в прошлом году пост председателя Объединенной гражданской партии, предложил выдвинуть на президентские выборы саму знаменитую писательницу. Как персону «с уже написанной кредитной историей и уже существующим широким признанием».

Ее отказ легко было предвидеть. «Наивное какое-то представление. Политику надо быть пожестче, конечно», — заметила Алексиевич.

Сама же апелляция Лебедько к ней показывает: ветеран борьбы с режимом, похоже, не особо верит в то, что намеченные оппозиционерами праймериз (за которые тот же Лебедько много лет ратовал) могут дать на выходе сильную фигуру.

Попутно замечу, что идея бывшего руководителя ОГП переписать избирательный закон под Алексиевич (она родилась в Украине, а президентом Беларуси может стать лишь ее уроженец) тоже слаба по ряду причин.

Во-первых, власти в принципе не охочи изменять избирательное законодательство. Вон даже наработки группы во главе с лояльнейшей главой Центризбиркома Лидией Ермошиной (якобы некий микроскопический шаг навстречу предложениям ОБСЕ) лежат под сукном президентского стола уже почти два года.

Во-вторых, если уж менять закон, то куда важнее поправки, которые обеспечили бы присутствие оппозиции в избиркомах, сокращение или отмену досрочного голосования, прозрачный подсчет голосов. Не с отмены ценза гражданства по рождению надо начинать.

В-третьих, отменить это условие значит открыть шлюз всякой прокремлевской братии. Или дать соблазн отдельным персонам в окружении Лукашенко (которых в таком случае, опять же, попытается купить Москва).

Такой оборот дела абсолютно не нужен ни действующему президенту, ни его внутренним противникам. Особенно в свете декабрьского «ультиматума Медведева», усилившего угрозу инкорпорации Беларуси.

Успешный человек — скорее всего, не камикадзе

При этом «сама идея выдвинуть кандидата не из лидеров оппозиции правильна», считает эксперт аналитического центра «Стратегия» (Минск) Валерий Карбалевич. Он отметил в комментарии для Naviny.by, что у традиционной оппозиции низкий рейтинг, за ней тянется шлейф поражений, ее люди не имеют управленческого опыта (а он важен для избирателя).

Еще один важный момент: раскрутить нового политика сегодня, в эпоху социальных сетей, «намного проще, чем даже пять лет назад», говорит аналитик.

Другое дело, добавляет он, что «пока оппозиция пытается решить не проблему победы над Лукашенко, а проблему собственного выживания».

Сильная персона со стороны вряд ли пойдет на оппозиционные праймериз, поскольку тем самым как бы сразу привяжет себя к имиджу маргинальных противников Лукашенко, считает Карбалевич. Тем более что пока, добавляет он, праймериз намечены только в рамках одной из оппозиционных групп — правоцентристской коалиции.

В Беларуси нет раскола правящих элит, подчеркнул в комментарии для Naviny.by политический обозреватель Павлюк Быковский. По этой причине «никто из элиты, успешных людей» не захочет ввязываться в столь неблагодарное дело, предполагает аналитик.

«Значит, в игре будут оппозиционные политики» плюс, вероятно, отдельные чудаки, прогнозирует Быковский.

Оппозиция — в заколдованном круге

Таким образом, загон политических оппонентов в гетто, чем власти занимались долго и методично, дал свои плоды. Кипящие в этом узком (и к тому же разрозненном) кругу страсти, возникающие там проекты априори не вызывают интереса у массового избирателя. Тем более что эти проекты часто иллюзорны, оппозиция живет в своем мирке, в параллельной реальности.

Общество не верит в потенциал многократно битых, обескровленных, бедных как церковные мыши, практически потерявших поддержку Запада противников Лукашенко. Может, они и хорошие ребята, думает обыватель, но против лома нет приема. А коль так, то в представлении многих связываться с оппозицией — иррациональный, авантюрный шаг. Только огребешь по самое не хочу.

Замечу также, что соперник Лукашенко не может быть совсем уж молодым — по закону кандидату в президенты должно исполниться 35. К этому возрасту серьезная личность должна уже как-то состояться — в бизнесе, науке, менеджменте и т.п. В нашей ситуации это, скорее всего, будет человек, так или иначе интегрированный в систему. Ему есть что терять.

И такой вот гипотетический персонаж с хорошей биографией, чистой репутацией, успехами в бизнесе или иной сфере — скорее всего, не камикадзе.

Вдобавок это с большой вероятностью человек, который любит свое дело и получает кайф от самореализации в нем. Зачем менять это удовольствие на политику — занятие в принципе неблагодарное, специфическое, влекущее обычно людей с особым психотипом? Ну не его это планида — борьба за власть. Чужое. Как для той же Алексиевич.

Приход в политику неких попавших в опалу или просто отодвинутых в сторону представителей номенклатуры тоже маловероятен. Такие прецеденты были, но режим всякий раз показательно карал «перебежчиков». Судьба отсидевших за решеткой Михаила Чигиря, Михаила Маринича, Александра Козулина — наглядный урок.

Убейтесь о стенку. Вертикаль обеспечивает цифру

Однако предположим, такой кандидат-супермен найден и вступил на рискованную стезю. У властей есть множество способов выключить опасного конкурента из борьбы чисто технически. Причем без брутальности. Например, просто не зарегистрировать: якобы много недействительных подписей за выдвижение, декларация о доходах с ошибками и т.п.

Но такой явно нечестный прием против реально сильного претендента был бы в пиаровском смысле невыгоден властям, ведь режим заботится о некой видимости своей легитимности, говорит Карбалевич.

Если же перспективного соперника регистрируют, то тогда многое будет зависеть от успеха его агитационной кампании, роста популярности, считает аналитик. Он отмечает, что до сих пор соперники Лукашенко на выборах не были популярнее действующего президента.

Действительно, хотя независимая социология и фиксировала заметный рост рейтингов конкурентов Лукашенко в ходе кампаний, самый успешный из них — Владимир Гончарик, по сведениям НИСЭПИ, набрал на выборах 2001 года лишь 28% (по данным Центризбиркома — 15,4%). Причем это было время, когда авторитаризм еще не закрутил гайки до нынешнего состояния.

На выборах 2006 года Александр Милинкевич, по опросам НИСЭПИ, набрал 18,3% (по данным ЦИКа — 6,2%), Татьяна Короткевич в 2015-м — 22,3% (официально — 4,4%).

Заметьте: с каждыми выборами разрыв между данными независимой социологии и ЦИКа увеличивался. Не удивительно, что НИСЭПИ в 2016 году был уничтожен.

Против лома нет приема?

Итак, электоральная машина работает на нужный руководству режима результат все более надежно. Но!

«Никто не знает, как себя поведут белорусы в условиях, когда соперник Лукашенко будет иметь реальный электоральный перевес», — подчеркнул Карбалевич. Он напомнил, как во время избирательной кампании 1994 года, когда стало ясно, что кандидат Лукашенко реально пришелся по душе массам, номенклатурные деятели «стали перебегать от Кебича».

Вячеслав Кебич, напомню, был тогда премьером, то есть фактическим хозяином страны. Говорят, и пост президента ввели ради усиления его власти. Но потом прочившие Кебичу триумф советчики дали деру с тонущего корабля в команду молодого конкурента.

Другое дело, что сам Лукашенко хорошо усвоил уроки той кампании. Похоже, он никому до конца не доверяет, всех жестко просвечивает рентгеном спецслужб, неустанно тасует номенклатурную колоду. А главное — создал систему, в которой любой потенциальный конкурент нейтрализуется на взлете, нужный результат выборов, вплоть до конкретных цифр, обеспечивает вертикаль.

Лукашенко боится оказаться между двух огней

В итоге избирательные кампании стали сугубой бутафорией. Причем перед двумя грядущими кампаниями — парламентской и президентской — очень симптоматично прозвучал наказ главы государства вертикальщикам «подойти к выборам так, чтобы в умах людей даже не было альтернативы».

Таким образом, в ситуации, когда имперская угроза независимости Беларуси усилилась, Лукашенко не пойдет на расширение свобод в стране, диалог с гражданским обществом и политической оппозицией. Официальный лидер считает их пятой колонной и боится оказаться между двух огней.

Механизмы политической конкуренции в стране практически уничтожены, а в случае неординарного развития внутренней ситуации власти готовы подавлять протесты, формирование сильной альтернативы безо всяких церемоний.

Так что предложение Лебедько — не более чем красивый жест. Не в ту степь. За власть в Беларуси (или над Беларусью?) в какой-то исторический момент будет, скорее всего, жестокий бой без правил, и не обязательно на выборах.


Александр Класковский, naviny.by

Мы создали канал в Телеграме для того, чтобы быстро рассказывать вам новости → https://t.me/mogilevonline



Метки: Политика (13828)

Комментарии правила




Новости партнеров

Загрузка...




Самое читаемое